После Победы в Великой Отечественной войне перед советскими органами госбезопасности поставлена новая задача – розыск фашистских пособников, бывших полицейских, старост, карателей. Государственные преступники, запятнавшие себя сотрудничеством с немцами, пытались скрыться от правосудия в отдаленных от центра страны районах. Обширные малоосвоенные территории Ямало-Ненецкого округа Тюменской области подходили для этого как нельзя лучше. В послевоенные годы тюменскими органами безопасности выявлены десятки особо опасных государственных преступников, впоследствии они предстали перед судом и понесли заслуженное наказание.
7 января 1949 года начальник Ямало-Ненецкого окружного отдела УМГБ Тюменской области майор Лугвин получает подписанное военным прокурором постановление на арест особо опасного государственного преступника Шоцкого Павла Ивановича, на протяжении нескольких лет разыскиваемого 4 Управлением МГБ СССР и скрывающегося в Салехарде.
Из уголовного дела: «Шоцкий Павел Иванович 1922 года рождения, уроженец деревни Сенно Любчанского района Барановической области, без определенных занятий, нигде не работает. Беспартийный, белорус, гражданин СССР. Каратель, перешел на сторону врага, предатель и пособник».
На следующий день чекисты арестовывают Шоцкого и предъявляют ему обвинение в измене Родине. На допросе задержанный рассказывает заранее продуманную легенду: с начала войны сражался в рядах РККА под Минском, получил ранение, попал в плен, освобожден советскими войсками.
Майор Лугвин берет под личный контроль проведение следственных мероприятий по делу Шоцкого. Следователи проводят тщательное дознание, по крупицам собирая конкретные факты его преступлений. В установлении истины помогают трофейные немецкие архивы. В них находят отпечатанные в типографии на немецком и белорусском языках «Verpflichtung/Абавязальнiцтва» («Обязательство»), которые подписывали перешедшие на сторону врага фашистские пособники: "Беру на себя обязательство служить в полиции. Я обязуюсь безупречно выполнять все задания, какие будут даваться немецкими начальниками и моими полицейскими начальниками. Я обязуюсь быть послушным, верным и мужественным". Одно из таких «Обязательств» подписано «Schotski Paul soldat».
Путем обстоятельных допросов арестованного, сотрудники органов безопасности добиваются правдивых показаний о конкретных фактах его преступной деятельности, участии в расстрелах советских граждан и в других карательных операциях. Шоцкий признается, что служил в немецкой полиции, но утверждает, что лишь патрулировал улицы и охранял немецкие объекты.
Но органы безопасности предъявляют преступнику самые веские доказательства – свидетельские показания. После войны пережившие ужасы оккупации односельчане Шоцкого разъехались по разным городам СССР, но они хорошо помнили бывшего полицейского. Так органам безопасности становится известна страшная правда о службе Шоцкого в полицейском отряде. Перед лицом обвинений уцелевших свидетелей преступник признает свою вину, начинает давать показания о расстрелах партизан, карательных операциях, сожжении деревень вместе с жителями. Перечисление преступлений Шоцкого заняло в деле несколько страниц.
Летом 1941 года стремительно продвигающиеся на восток фашистские войска захватили большую часть Белоруссии, оккупационный режим установлен и в родном селе Шоцкого – местечке Любча. Девятнадцатилетний Павел Шоцкий также как и его сверстники берет в руки оружие. Но не для того, чтобы защищать Родину – он добровольно поступает на службу в немецкую районную полицию.
С особой жестокостью фашисты проводят массовые расстрелы мирного населения и карательные операции против партизан. К карательным операциям привлекаются полицейские, нанятые из местных жителей. Шоцкий принимает непосредственное участие в массовых убийствах своих односельчан, в основном, женщин и детей.
Из «Акта о зверствах», составленного Любчанской районной чрезвычайной комиссией 16 марта 1945 года: «13 июня 1942 года Литовской карательной экспедицией с участием полиции и жандармерии… произведен массовый расстрел гражданского населения в м. Любча. К расстрелу подлежали жители всех возрастов, включая стариков и детей. Всего расстреляно 1531 человек, из них: мужчин 301 человек, женщин 470 человек, детей – 660 человек. Обреченных перед расстрелом раздевали, а затем прикладами и палками загоняли живых в яму, вырытую самими же обреченными, куда были направлены фашистские автоматы и винтовки. По окончанию злодеяния ямы зарывались, несмотря на то, что многие были только ранены» (орфография и пунктуация оригинала сохранены).
В составе полицейского отряда Шоцкий принимает участие в казнях партизан, их жен, детей и всех, заподозренных в сочувствии им. Осенью 1941 года на территории Любчанского района создается еврейское гетто, пленники которого используются в строительстве шоссе. После окончания работ в июне 1942 года немецкое командование решает уничтожить ставших ненужными людей и закопать их возле построенной дороги, в яме, из которой брали песок. Полицейским отдается особый приказ – не упустить ни одного человека, никто не должен остаться в живых. Полдня потребовалось двадцати карателям, в том числе и Шоцкому, чтобы расстрелять около 800 человек (по другим данным – 620). Из протокола допроса Шоцкого: "Я лично находился у ямы не более часа, сколько за это время я убил советских граждан сказать не могу, так как не успевал считать" (орфография и пунктуация оригинала сохранены).
Кроме того, Шоцкий участвует в организации массового угона белорусской молодежи на каторжные работы в Германию. Из «Акта о зверствах», составленного Любчанской районной чрезвычайной комиссией 16 марта 1945 года: «Немцами было вывезено в немецкое рабство жителей Любчанского района 1271 человек, из них: мужчин – 754, женщин – 467 и детей до 16 летнего возраста 49 человек…» (орфография и пунктуация оригинала сохранены).
В 1944 году советские войска освобождают Белоруссию и Шоцкий вместе с отступающими остатками немецкой армии бежит сначала в Польшу, а потом в Германию. Он вступает в 30-ю дивизию войск "СС", собранную из бывших полицейских, старост и карателей, участвует в боях против союзников. После крушения Третьего рейха преступник опять ускользает от правосудия, выдав себя за русского солдата, попавшего в плен…
24 марта 1949 года Военный Трибунал вынес приговор государственному преступнику Шоцкому. Именем Союза Советских Социалистических Республик он признан виновным и приговорен к высшей мере наказания. Однако в соответствии с принятым в 1947 году Указом Президиума Верховного Совета, отменяющим смертную казнь, Шоцкий отправлен в исправительно-трудовые лагеря на 25 лет с последующим поражением в правах на пять лет.
Дело Павла Шоцкого еще не раз будут поднимать из архива: в связи с прошениями заключенного о помиловании, в рамках пересмотра уголовных дел осужденных по 58-й статье после ХХ съезда, в соответствии с принятым законом о реабилитации жертв политических репрессий. Но каждый раз вынесенный приговор оставался в силе – предатели своего народа реабилитации не подлежат.